Невозможно быть безразличным к творчеству Антона Павловича Чехова с его тонким взглядом на человека, с его умением создать атмосферу недосказанности, в которой остаётся много места для размышлений о своём внутреннем мире. Ведь практически в каждом герое Чехова можно увидеть частичку себя самого.

Чехов настолько многогранен и в формах своих произведений, и в жанрах, и в тематике, и в проблематике, которую он затрагивал, что читать его книги и смотреть спектакли по его бессмертным текстам, можно бесконечное количество раз.

В Театре на Страстном нам посчастливилось увидеть феерическую постановку Фёдора Малышева «Психопаты» по рассказам знаменитого писателя, в которой каждая сцена была наполнена множеством ярких актёрских и режиссёрских находок, а генерируемые артистами мощные энергетические волны проникали не только внутрь актёрского ансамбля, но и в зал, который тонко реагировал на всё происходящее на сцене.

Началось всё с выхода на сцену в белом халате режиссёра и исполнителя роли доктора Фёдора Малышева, заботливо попросившего спуститься вниз зрителей, занимавших боковые места на балконе, и занять места в партере тех, кто опаздывает на спектакль — на него, к слову, были проданы все билеты.

В программке к «Психопатам» заявлено, что состав актёров на каждый спектакль может меняться, причём режиссёр в своём интервью заявлял, что даже одни и те же занятые в том или ином эпизоде актёры периодически могут меняться ролями. Всё это говорит о пластичности и самого текста, и исполнителей, готовых перевоплотиться в любого из героев чеховских рассказов.

Ну а дальше в сопровождении меланхоличных ноток в голосе Кирилла Пирогова мы увидели череду инсценировок рассказов Чехова, которые под музыку Олега Каравайчука и танцевальные этюды самих артистов плавно перетекали от одной истории к другой. Первой мы увидели историю «Смерти чиновника», в центре которой был чиновник Червяков в исполнении Виталия Довгалюка, случайно чихнувшего в театре со второго ряда в первый на лысину генерала Брюзжалова, роль которого сыграл Виктор Добронравов, а затем настойчиво пытавшийся извиниться перед ним, сначала изумляя того своей назойливостью, а в финале доведя до исступления самого себя. То есть мы увидели знакомую многим историю самоедства, когда сломленный комплексами неполноценности человек сам себе придумывает проблему и не может остановить процесс саморазрушения.

Следующая часть спектакля поставлена по рассказу «Радость». И здесь мы видим ещё более современную историю, в которой показано, как коллежский регистратор Митя Кулдаров в бесподобном исполнении Ивана Добронравова врывается в дом в крайне возбуждённом состоянии и с восторгом объявляет, что о нём написали в газете. Он просит всех прочитать эту будоражащую его воображение новость, то и дело повторяя, что «о нём знает вся Россия». А то, что он представлен в прессе в неприглядном виде, его нисколько не смущает, потому что ему важен сам факт упоминания его имени, а не то, в каком контексте о нём написано.

Следующим эпизодом была инсценировка рассказа «Психопаты», в котором безразличный, невежественный сын, говоря без умолку на самые разные темы, доводит до нервного припадка своего впечатлительного отца. Виктор Добронравов и Денис Самойлов настолько тонко передали ситуацию, в которой под внешним давлением человек может признаться в чём угодно, поверив в любую ересь, что сейчас она воспринимается ещё актуальнее, чем тогда, когда была описана Чеховым.

Дальше на сцене в центре внимания оказываются «Два газетчика», репортёры Рыбкин (Иван Добронравов) и Шлёпкин (Виталий Довгалюк): первый, в отчаянии из-за бессмысленности всего происходящего решает повеситься, второй, находящий интерес во всём на свете, пытается его от этого шага отговорить. Но любые логичные аргументы о красоте жизни пессимистом Рыбкиным напрочь отвергаются, потому что он видит вокруг только плохое и тем самым программирует себя на гибель. И в итоге серость и тусклость Рыбкина приводят его к закономерному концу, а живость и веселье Шлёпкина после смерти своего коллеги только добавляют ему тем для новых публикаций. Разве не современна и сейчас эта история?! Актёры великолепно передали характерные для подобных типажей черты.

В «Канители» действие происходит в церкви перед службой. Дьячок Отлукавин в исполнении Дениса Самойлова стоит на клиросе и под диктовку маленькой старушонки, в которую перевоплотился Виктор Добронравов, записывает на двух листках имена для поминовения — «о здравии» и «за упокой». Но так как прихожанка перечисляет имена быстро и сбивчиво, дьячок то и дело путается, куда кого нужно вписывать, и в связи с этим возникает множество комичных ситуаций, пробравших в конце концов на смешок даже самих артистов. Ну а зрителям подобные «расколы» только добавляли позитивных эмоций.

«Жених и папенька». И снова на сцене блистательный актёрский дуэт Виталия Довгалюка и Ивана Добронравова. Только в совершенно других образах. Пётр Петрович Милкин всё лето захаживает в гости к семье Кондрашкиных, и глава семейства ждёт не дождётся как выдать замуж за него свою дочь Настеньку, которую «жених» недвусмысленно обхаживает. Однако когда слухи о возможной помолвке начинают доходить до Милкина, тот всячески пытается избежать женитьбы, и, придя к отцу Настеньки, раскрывает ему не только свои реальные недостатки, но и вымышленные — лишь бы папенька сам его отверг. Но тот ни в какую не сдаётся, желая во что бы то ни стало выдать замуж свою дочь — так что жениху никак не отвертеться от неизбежного…

В истории с «Дорогой собакой» немолодой поручик Дубов в эмоциональном исполнении Дениса Самойлова, выпивая рюмку за рюмкой, на все лады с умилением расхваливает свою собаку, желая её продать своему собеседнику — вольноопределяющемуся Кнапсу, спокойствие и рассудительность которого блестяще передал Виталий Довгалюк. Но тот отказывается, собака ему не нужна, да и денег на её покупку у него нет, как бы офицер не снижал на неё цену. Разговор доходит до абсурда, когда Дубов уверяет, что собака Милка — это кобель, Кнапс же настаивает, что это сука. Отчаявшись, поручик готов отдать бесплатно собаку кому угодно, хоть живодёрам, пренебрежительно называя её «помесью дворняжки со свиньёй», и в конце концов полностью отрекается о прежнего увлечения. То есть в данной истории мы видим пример поверхностного отношения к жизни, в которой слова и мысли не имеют ничего общего с искренностью и глубиной.

Дальше спектакль плавно перетекает в историю «Разговора человека с собакой», и мгновение назад отрекшийся от своей собаки герой Дениса Самойлова сам стал на несколько минут собакой, с которой разговаривает персонаж Виктора Добронравова, словно бы глядя на себя в зеркало. Такой мгновенный актёрский переход — отличная режиссёрская находка, ещё больше подчёркивающая, насколько много граней есть в личности каждого человека. И диалог с собакой в данной истории — это горький разговор с самим собой, когда не хочется признаваться в очевидном.

Завершающим эпизодом спектакля стала история из рассказа «Пересолил» с братским дуэтом Ивана и Виктора Добронравовых, в которой опасающийся за свою жизнь трусливый землемер Смирнов, которого взялся довезти угрюмый здоровяк Клим, жутко боится нападения разбойников на пути их следования по лесу, а из-за подозрительности настолько запугал извозчика рассказами о своей удали и грозном нраве, что тот сам от страха убегает от Смирнова куда подальше.

С огромным трудом землемеру удаётся объяснить Климу, что он пошутил и уговорить его вернуться и вместе под добрую песню доехать до места назначения. Тем самым символизируя ту мысль, что даже с незнакомыми людьми можно найти общий язык и жить с ними в мире и согласии.

Очень понравилось, что в одном спектакле артисты могут мгновенно перевоплощаться в разные образы, в которых меняется и осанка, и интонации, и пластика. И конечно, восхищает, насколько органично и гармонично они смотрятся вместе, насколько они чувствуют друг друга, буквально наслаждаясь совместным творчеством.

Если кому-то интересно почувствовать, что такое настоящий актёрский ансамбль, то постановка Фёдора Малышева «Психопаты» — именно то, где это ощущается на энергетическом уровне. Даже на заключительных поклонах, во время которых подхваченный под руки режиссёр сделал сальто назад, а Виктор Добронравов совершил намеренный трюк без поддержки с падением в финале, артисты продолжали быть в образах, и даже разыграли сценку с обиженным Денисом Самойловым, который хотел перехватить букет цветов из рук Виктора Добронравова.

Фёдор Малышев, режиссёр-постановщик спектакля «Психопаты»:

— Этот спектакль делался по дружбе и по любви, потому что все мы дружим больше 20 лет. Таким образом мы осуществили нашу давнюю мечту. Прежде всего благодаря Ане Добронравовой, которая помогла нам воссоединиться и преобразовать наши дружеские отношения в творчество. И это не было препятствием, а стало неиссякаемым источником радости, безумия и любви.

Берясь за постановку по произведениям Антона Павловича Чехова, ты развиваешься как личность, черпаешь много полезного и растёшь по-человечески, а не рефлексируешь. Поэтому в спектакле есть часть по рассказу «Разговор человека с собакой». Ты постоянно что-то открываешь для себя, берясь за таких авторов, тебе становится интереснее, иногда легче, а иногда тяжелее, когда что-то лучше понимаешь о себе. Это какая-то плата за осознанное существование. Если ты занимаешься предметом, а не самим собой, то открываются какие-то новые вещи, и это становится не только твоим личным высказыванием, а каким-то диалогом, творческим процессом. И чем театр интересен мне больше, чем кино, это тем, что здесь нет точек, это процесс: ты всё время думаешь, встречаешь для себя что-то в жизни, синхронистичность такая происходит, и ты сопоставляешь с собой этого человека. Возникает желание соприкоснуться с такими авторами и чуть-чуть понять их, а через них — себя. Благодаря такому подходу это будет индивидуально и всегда по-новому для тебя. Есть множество постановок «Вишнёвого сада», например, в Китае, но индивидуальность заключается не самом этом факте, а в сопоставлении себя с тем, что написал автор.

Для этого спектакля у нас изначально было выбрано 4-5 рассказов, а уже в процессе репетиций мы думали о внутреннем сюжете постановки и находили из множества других рассказов Чехова те, которые лучше всего подойдут. Рассматривали мы, например, ещё рассказ «Дипломат». А вообще, начали с шутливой смерти по рассказу «Смерть Чиновника», затем была «Радость», про эго и про бессмысленные победы, дальше мы переходим в «Двум Газетчика», которые создают эти новости, понимая при этом, что создавать они могут только информационный шум. Следом идут «Психопаты», женитьба, страхи и итоговый приход к внутреннему раю, успокоению, к мысли о том, что мы сами себе всё придумываем и ничего страшного по сути и нет. В конце есть прекрасная фраза Чехова о том, что жизнь — это отличная штука и нужно приложить очень много усилий, чтобы её испортить. В этих рассказах, не знаю, заметили вы или нет, прозвучало много нынешних новостей…

Кстати, тот состав, который вы сегодня видели на сцене, был в первый раз. И мы изначально договаривались с ребятами, что у нас все играют всех. Было важно не индивидуальное, не, то, что кто-то играет только какую-то конкретную роль, а общее настроение, в котором мы искупались вдоволь.

«Психопаты»

Спектакль по рассказам А. П. Чехова.

Режиссёр-постановщик и автор инсценировки — Фёдор Малышев

Художник-постановщик — Герман Андриевский

Художник по костюмам — Татьяна Зарубина

Художник по свету — Степан Синицын

Голос — Кирилл Пирогов

Музыка — Олег Каравайчук

В ролях:

Доктор — Фёдор Малышев

«Смерть Чиновника»

Червяков — Виталий Довгалюк

Брюзжалов — Виктор Добронравов

«Радость»

Митя — Иван Добронравов

Папаши — Виктор Добронравов, Денис Самойлов, Виталий Довгалюк и Фёдор Малышев

«Психопаты»

Гриша — Виктор Добронравов

Нянин — Денис Самойлов

«Два газетчика»

Шлёпкин — Виталий Довгалюк

Рыбкин — Иван Добронравов

«Канитель»

Дьячок — Денис Самойлов

Старуха — Виктор Добронравов

«Жених и папенька»

Жених — Виталий Довгалюк

Папенька — Иван Добронравов

«Дорогая собака»

Кнапс — Виталий Довгалюк

Дубов — Денис Самойлов

Вахрамеев — Иван Добронравов

«Разговор человека с собакой»

Романсов — Виктор Добронравов

Собака — Денис Самойлов

«Пересолил»

Смирнов — Иван Добронравов

Клим — Виктор Добронравов

Текст: Олег Бухарев.

Фото: Продюсерская компания «DoItBro Production»

Сообщение «Психопаты»: наслаждение друг другом появились сначала на Культурная жизнь.

Пойти в Театральный центр на Плющихе, где Щёлковский драматический театр представил в рамках Театрального фестиваля «Классика» спектакль по пьесе Антона Павловича Чехова «Вишнёвый сад», мы решили исключительно по причине того, что нам хотелось оценить именно классическую постановку этого знаменитого произведения. Плюс было любопытно, как с этой непростой задачей справится творческий коллектив не из Москвы или Санкт-Петербурга, а из небольшого подмосковного города, в котором театральная жизнь не такая насыщенная.

Что ж, попробую непредвзято оценить то, что увидел. Конечно, огромное значение при постановке спектакля имеет место его проведения, и не всегда какой-то зал идеально подходит для воплощения задумок авторов инсценировки. Здесь же многие проблемы шли именно от того, что создатели спектакля из Щелково были на Плющихе в качестве гостей, и местный зал, как я понимаю, сильно отличается от привычной площадки. Так вот, первое, что бросилось мне в глаза, так это то, что мелкие элементы реквизита, находящиеся на самом краю сцены, из-за особенностей расположения зрительских мест из партера были не очень хорошо видны. Соответственно восприятие мизансцен, которые развиваются с этими предметами реквизита, оказывалось не столь выразительным для восприятия. Следующая проблема — это звук. Большая часть реплик в партере была плохо слышна. Лишь когда мы пересели в бельэтаж, расположенный на втором этаже, то и обзор и звук стали более приемлемыми. Это нюансы, о которых нельзя было не упомянуть.

С точки зрения соответствия спектакля чеховскому тексту и заложенных в нём смыслах, то вопросов нет — никакой отсебятины. Актёры играют именно тех персонажей, которых описал автор. А вот по построению мизансцен и игре некоторых актёров вопросы имеются. Главные замечания по инсценировке — это то, что часто действие той или иной сцены спектакля происходит явно не там, где это нужно делать, особенно если работа со светом и звуком в этом зале не продумана до конца. Мешают долгие и совершенно неуместные паузы, не хватает точных акцентов во время диалогов: ведь иногда именно мелкие детали как раз и создают ту самую достоверность.

Если ставишь Чехова, то должен всегда помнить, что у его героев масса полутонов в характере. В каждом есть что-то ещё, а не только то, что находится на поверхности. Потому и место расположения актёра в каждой мизансцене, и правильно направленный на него луч света, и вовремя зазвучавшая музыка, кардинальным образом меняют восприятие происходящего. И если не придавать этому большого значения, то театральная магия пропадёт безвозвратно.

То же касается чрезмерного рвения исполнителей некоторых ролей, пытающихся яркими мазками показать особенности характеров своих героев. Только ведь яркость передачи образа необязательно достигается резкостью в голосе и движениях, иногда один лёгкий поворот плеча и правильная интонация позволяет тебе в какой-то момент начать по-настоящему сопереживать тому, что происходит на сцене, побуждает тебя задуматься о чём-то важном.

Кроме того, не было ощущения, что на сцене действует монолитный актёрский ансамбль, лишь отдельные гармоничные связки, как у исполнителей ролей Дуняши и Яши (оба были точны и убедительны), но целостности, когда все исполнители творят на одной волне, не наблюдалось. И дело не в том, что по Чехову персонажи «не слышат» друг друга, и их реплики не находят адресата. Приходя в театр, ты хочешь поверить в те чувства, которые артисты пытаются до тебя донести.

Не хочу пускать в адрес режиссёра и актёров только критические стрелы, ведь было в этой постановке и немало хорошего. Я уже упоминал исполнителей ролей Дуняши (Татьяны Тарасовой) и Яши (Алексея Глебова), которые на протяжении всего спектакля были предельно органичными. Искренняя влюбленность и тоска по несостоявшемуся личному счастью одной, а так же надменность и пренебрежение ко всем окружающим другого были выстроены актёрами как раз очень тонкими мазками, не переходя за грань пошлости и актёрских штампов.

Хочется так же отметить артистов, воплотивших в спектакле роли Раневской, Лопахина, Трофимова и Симеонова-Пищика. Первая была безупречна в своём образе, мастерски переключаясь по разным клавишам внутреннего состояния своей героини. То она томная дама из Парижа, то маленькая девочка, готовая скакать как птичка, то вдруг она словно бы впадает в прострацию, где призраки прошлого уводят её в какое-то другое измерение. Безрассудство и метания Раневской из стороны в сторону характеризует её оторванность от реального мира, и Анастасия Гребенникова великолепно это состояние своей героини передаёт.

Лопахин в исполнении Павла Маркина тоже хорош. Пробившийся из «грязи в князи» человек с одной стороны милосерден к окружающим, не злобив и действительно готов помочь людям, но при этом он никак не может понять, почему его правда ни кем не воспринимается всерьёз, почему большинству окружающих его людей проще жить в вечных иллюзиях о том, чего никогда не будет. Лопахин добивается своего, но радость его коротка, потому что он остаётся одиноким в своём понимании ценностей этого мира. Для него это был просто вишневый сад, не приносящий прибыль, а для той же Раневской это был Вишнёвый сад, полный воспоминаний об ушедшем счастье, которого больше нет, но с которым никак не хочется расставаться.

«Вечный студент» Петя Трофимов в исполнении Германа Шкурлатовского тоже в полной мере передал идеализм своего героя, который живёт одними идеями, но в отличии от Лопахина не переходит к действиям, он хочет сделать что-то важное, но не делает, откладывая всё на «потом».

Большинство персонажей этой пьесы живут в собственных иллюзиях, в мире фантазий им проще и комфортнее. Практичны только Лопахин и Варя. Только Варя «плывёт» по течению, принимая всё происходящее вокруг неё как данность, а Лопахин — человек действия, который, несмотря на непонимание и неприятие людей из «старого времени» живёт настоящим и будущим. Именно движение вперёд и является для него счастьем, а то, что мешает этому движению неизбежно должно быть выкорчевано под корень…

Отдельно хотел бы отметить игру Михаила Службина в роли Симеонова-Пищика — самого «живого» персонажа пьесы. Сыгранный им герой наполняет заполненную тоской пьесу лёгкостью и позитивным отношением к жизни человека, который никогда не унывает и всегда надеется на лучшее. Он, наряду с «незаметным» и кажущимся многим ненужным Фирсом, единственный, кто всех слышит и обо всех помнит.

От постановки пьесы Чехова всегда ждёшь какого-то откровения, хочется понять его героев, разобраться в их поступках. Авторам спектакля из Щёлковского драматического театра пусть и не во всём, но удалось передать зрителям чувства и терзания своих по большей части духовно одиноких героев, которые, несмотря на внешнее обозначение каких-то своих усилий, так и не смогли сохранить ни внутри себя, ни вокруг мир добра и милосердия.

Ну а всем зрителям я желаю почаще ходить в театр на классические постановки, чтобы хотя бы на несколько часов погрузиться в мир искусства, которое, возможно, сделает вас чуть лучше…

«Вишнёвый сад»

Режиссёр — Екатерина Кузина

Действующие лица и исполнители:

Любовь Андреевна Раневская — Анастасия Гребенникова

Аня — Варвара Чепегина

Варя — Полина Кабанова

Леонид Андреевич Гаев — Андрей Трубин

Ермолай Алексеевич Лопахин — Павел Маркин

Пётр Сергеевич Трофимов — Герман Шкурлатовский

Борис Борисович Симеонов-Пищик — Михаил Службин

Шарлотта Ивановна — Елена Зарубина

Семён Пантелеевич Епиходов — Александр Мельников

Дуняша — Татьяна Тарасова

Фирс — Александр Кочетков

Яша — Алексей Глебов

Начальник станции — Николай Панов

Текст и фото: Олег Бухарев.

Фотоальбом со спектакля «Вишнёвый сад»

Сообщение «Вишнёвый сад»: не забыть о самом главном появились сначала на Культурная жизнь.